В условиях рецессии теневой сектор может оказаться  спасительным кругом и для бизнеса, и для экономики в целом. Ведь борьба с кризисом путем перекачивания  доходов из легального бизнеса через бюджет как минимум бесполезна. Или даже вредна, учитывая, что у бюджетного источника стоят толпы страждущих коррупционеров. Усиление государственного вмешательства в стагнирующую экономику приводит лишь к бегству капиталов и замораживанию деловой активности.  

Привычные схемы претерпевают очень значительные изменения. И только в Украине, как  поется в старой песне “Братів  Гадюкіних” — “лад і спокій”.  

Более 80% российского экспорта угля проводится через посредников, зарегистрированных в оффшорах, что приводит к значительным потерям российского бюджета, говорится  в сообщении Счетной палаты. Из-за участия в экспортных схемах контрагентов уголь вывозится из России по ценам ниже рыночных на 30-50%. 

Около 300 миллиардов рублей с начала 2009 года ушли из РФ в  оффшоры через банки стран  Балтии, которые стали основным каналом  вывода капиталов, сообщил 20 июля Росфинмониторинг.

Борьба с офшорами не ликвидирует налоговые  гавани, а подтолкнет бизнес к созданию более длинных и дорогих цепочек. Массированное наступление на офшоры не затронет украинский бизнес. Развивающиеся страны, ежегодно недополучающие более $120 млрд налогов, не включились в активную борьбу с низконалоговыми юрисдикциями.

Глобальный финансовый кризис  вновь привлек внимание к оффшорным юрисдикциям во всем мире. При этом главным направлением в международной антиоффшорной политике стало усиление давления на те юрисдикции, которые не хотят сотрудничать с национальными денежными властями в плане раскрытия информации о конечных бенефициарах оффшорных компаний и владельцах счетов в оффшорных банках.