You are using an outdated browser. For a faster, safer browsing experience, upgrade for free today.

ЕС опубликовал свой «черный» список юрисдикций

О мнимости конца офшорного периода05 декабря 2017 года Совет Европейского Союза опубликовал давно обещанный список юрисдикций, не сотрудничающих по налоговым вопросам. Если всеевропейский «черный» список юрисдикций, опубликованный в 2015 году, носил по большей части информационный характер, то «черный» список ЕС является «инструментом обеспечения единых условий» в рамках стратегии борьбы с уходом от налогов 2016 года.

Список призван стать частью системы ЕС «по оценке, проверке и внесению в список третьих стран», которая поможет идентифицировать «те, что играют определенную роль в уходе и уклонении от уплаты налогов», в частности, используются для размывания налоговой базы и переноса прибыли.

Список был создан специальной группой Совета ЕС, в которую вошли налоговые эксперты из каждой из стран ЕС, специализирующиеся на вопросах налогообложения бизнеса, и ратифицирована министрами финансов стран ЕС. Работа экспертной группы была сосредоточена на нормах против злоупотребления налоговыми льготами, прозрачности и обмене информацией, а также правилах трансфертного ценообразования в странах вне ЕС.

В “черный” список вошли 17 юрисдикций, а именно: Американское Самоа, Барбадос, Бахрейн, Гренада, Гуам, Макао, Маршалловы острова, Монголия, Намибия, ОАЭ, Палау, Панама, Самоа, Сент-Люсия, Тринидад и Тобаго, Тунис и Южная Корея. Чтобы определить, является ли страна «не сотрудничающей юрисдикцией», экспертная группа оценивала степень прозрачности их налоговых режимов, ставки налогов и то, поощряет ли налоговая система несправедливо перемещать прибыль в низконалоговые режимы для ухода от более высоких налогов в других странах.

Кроме того, еще 47 стран получили предупреждение и взяли на себя обязательства перед ЕС по устранению недостатков в налоговых системах.

История вопроса

Создание «черного списка» государств предусмотрено 4-й директивой ЕС против отмывания денег (4th Anti-Money Laundering Directive, AMLD4), принятой еще в 2015 году. Согласно этой директиве, в него входят страны, усилия которых в сфере противодействия отмыванию денег и терроризма ЕС считает недостаточными.

Основные критерии, по которым оценивалось качество борьбы с отмыванием — наличие необоснованных преференций в налоговом законодательстве и неготовность к обмену информацией по финансовым и налоговым вопросам.

Среди стран и территорий, предоставляющих необоснованные, по мнению ЕС, налоговые преференции своим резидентам, кроме Южной Кореи — Барбадос, Корея, Маршаллловы острова, Панама, Сент-Лючия, Самоа, Тунис, ОАЭ и Палау.

Что касается межстранового обмена информацией по налоговым и финансовым вопросам, то он осуществляется на основании Конвенции ОЭСР о взаимной административной помощи по налоговым делам. Взаимодействие на основе конвенции предполагает прямой и оперативный обмен информацией на регулярной основе между налоговыми органами государств. Информация предоставляется по запросу налогового органа страны-участницы конвенции и может касаться любых сведений из-за рубежа в отношении налоговых резидентов этой страны. Из стран и юрисдикций, вошедших в черный список ЕС, эту конвенцию не подписали Самоа, Бахрейн, Гренада, Гуам, Макао, Монголия, Намибия, Тринидад и Тобаго.

Болевые точки для россиян

Из стран, вошедших в черный список, у россиян особенно популярны Панама и ОАЭ, рассказывает старший советник «Хилл Консалтинга» Сергей Нестеренко.

«Панама привлекает россиян невысоким ценами на офшорные услуги, включая создание трастов и частных фондов. Важное значение имеет, что Панама никогда не стремилась следовать рекомендациям ОЭСР касательно прозрачности бизнеса. Доходы от использования Панамского канала и особые отношения с США позволяют Панамским властям проводить достаточно независимую экономическую политику», — поясняет он.

«В ОАЭ действуют специально созданные для иностранцев свободные экономические зоны (СЭЗ), продолжает Нестеренко. Компании, зарегистрированные в СЭЗ, а также их сотрудники, полностью освобождены от налогообложения. Реестр компаний является закрытым, информация о директорах и акционерах в открытом доступе отсутствует. Компания может вести бизнес в соответствии с видами деятельности, указанными в лицензии, а также любую деятельность за пределами ОАЭ», — рассказывает Нестеренко. Акционеры, директора и сотрудники компании могут получить в ОАЭ вид на жительство, добавляет юрист.

Как будет работать черный список

Появление черного списка повлияет на те российские компании, которые используют офшорные компании в указанных в списке юрисдикциях в целях оптимизации налогов.

Обычно деньги в офшоры из России часто выводятся в виде выплат дивидендов, роялти, процентов по займам, указывает руководитель практики «Международное право и налоги» компании «Лемчик, Крупский и партнеры» Яна Семеняка. «Но не напрямую из России в оффшоры — так как это пристально отслеживают российские налоговые органы, а через транзитные компании, зарегистрированные российскими бенефициарами в странах ЕС с благоприятным налоговым климатом. Например, если платить дивиденды в оффшор через болгарскую компанию, налог у источника составляет всего около 5 процентов, а в Венгрии вообще отсутствует, если речь идет о выплате дохода юридическому лицу», — поясняет она.

«Черный список» закроет эту лазейку. Но как именно он будет работать — пока не закреплено. Санкции за льготное перечисление средств из стран, присоединившихся к 4-ой директиве ЕС в «черные» юрисдикции могу быть общими для всех, а могут индивидуальными — разными в каждой стране, предполагает юрист.

Юристы высказали несколько версий возможного развития событий. «Европейские государства с благоприятным налоговым режимом будут вынуждены отказаться от низких ставок налогов при сделках с компаниями из черного списка», — считает Яна Семеняка. «Меры, которые могут быть приняты на национальном уровне, могут включать удержание налога у источника при любых перечислениях в пользу компаний из стран «черного списка», — предполагает и Нестеренко. По его словам, в некоторых странах перечисления денег в адрес компаний, зарегистрированных в одной из юрисдикций, сейчас вошедших в «черный список» уже облагаются специальным сбором. Например, в Латвии, такие дивиденды, проценты, роялти облагаются по ставке 15%, тогда как для компаний из «белых» юрисдикций ставка нулевая.

Санкции могут быть и иными. Так, министр финансов Франции Брюно ле Мэр в комментарии Reuters сообщил, что попавшие в черный список страны могут лишиться доступа к финансированию от стран Евросоюза. Деталей он не уточнил. Но, как предполагает Нестеренко, это может быть, в частности, ограничение доступа для перечисленных стран к европейским фондам помощи развивающимся странам. Он не исключил также усиленного мониторинга транзакций, увеличения рисков аудита для налогоплательщиков, которые используют структуры, связанные с этими юрисдикциями, или имеют там контрагентов. Ограничения могут касаться возможности открыть счет в банках государств ЕС или переводов средств в такие юрисдикции, добавил юрист.

«В результате бизнесу придется находить новые возможности для оптимизации налогов при структурировании сделок, что в итоге приведет к полной прозрачности и необходимости вести бизнес в открытую, с полной уплатой налогов на каждом этапе», — резюмирует Яна Семеняка.

Новости оффшоров

Несмотря на ужесточенное по требованию ЕС законодательство, Британские Виргинские острова сохраняют выгодный для многих видов бизнеса правовой режим 23 апреля 2019 года Управление международного налогообложения Британских Виргинских островов (ITA) опубликовало проект Кодекса по экономическому присутствию (Economic Substance Code). Документ является дополнением и руководством по применению закона об экономическом присутствии 2018 года (Economic Substance Act, 2018).


В последнее время появляется все больше новостей, которые порой считают свидетельством начала борьбы правительств ведущих стран с офшорны­ми финансами и с перетоком "грязных денег".


Компания и счет в одной стране